Ставшего главой правительства лидера социал-демократов, как ни одного из предыдущих премьеров, полюбили острые на язык наблюдатели за политической жизнью. В первые недели работы А.Буткявичюса не было дня, чтобы они не предложили новое выражение, фотомонтаж, карикатуру или острый комментарий.
Это касалось и постоянно меняющегося мнения политика о налогах, пенсионном возрасте, новой АЭС (то обещал ее построить, то учесть результаты референдума, то стремиться к энергетической независимости, то избегать долгов) и других вопросов.
Премьер злился, что оппозиция критикует правительство, не дождавшись «стодневки» - столько времени дается новой власти на разогрев, а журналисты неправильно интерпретируют его слова.
Журналисты не так поняли?
В апреле СМИ опубликовали выводы рабочей группы, готовившей обновленную стратегию энергетической безопасности, и А.Буткявичюс заявил, что его правительство, в конце прошлого года остановившее проект Висагинской атомной электростанции, намеревается его возобновить.
Почему главе правительства так часто приходится уточнять, что он сказал?
«Сегодня на заседании Стратегического комитета принято решение: Литва должна быть страной с атомной энергетикой», - объяснил журналистам глава правительства. Он еще добавил, что так открывается дорога для переговоров и с региональными партнерами, и с потенциальным инвестором АЭС – японской корпорацией Hitachi, в первую очередь, с целью добиться меньшей себестоимости электроэнергии.
Однако уже через несколько часов А.Буткявичюс заговорил по-другому. Он заявил, что журналисты не так его поняли: «На самом деле проект ВАЭС для Литвы слишком дорогой: мы являемся страной с атомной энергетикой, потому что должны закрыть старую Игналинскую АЭС. Но ясно сказано, что мы не можем выполнить нынешний проект Висагинской АЭС, поскольку стоимость электроэнергии слишком высока. Поэтому мы должны информировать своих партнеров, чтобы они обсудили свое дальнейшее решение».
Потом в эфире радиостанции Žinių radijas премьер сказал, что для анализа проекта ВАЭС Балтийские страны должны учредить совместное предприятие, которое и должно ответить, строить ли в Литве атомную электростанцию.
Журналист Ауримас Пяряднис, беседовавший с премьером, признался, что не понял: если строительство ВПЭС является политическим решением, как такое предприятие прикажет политикам, что делать?
Почему главе правительства так часто приходится уточнять, что он сказал? Кто ему мешает излагать свои мысли понятнее – язык или другие причины?
Подходит и избирателям, и бизнесу
По словам Миндаугаса Кубилюса, партнера компании по развитию организаций и коммуникационных услуг Cezaris, личность нынешнего премьера – иная, нежели его предшественника Андрюса Кубилюса, но у него есть определенные черты, которые гарантируют популярность.
Лидер консерваторов А.Кубилюс общался лучше, но мыслил туманно. У А.Буткявичюса мышление деловое, но ему трудно излагать свои мысли.
«Мышление А.Кубилюса, видение современного государства смешалось с развитием политического капитала. Деловитости в этом, я бы сказал, только 30%, - сказал еженедельнику 15min собеседник. – В голове А.Буткявичюса доминирует деловое-хозяйственное мышление, его 70-80%. Премьер умеет выразительно говорить о ясных ему решениях. Но часто, говоря на публике, он еще не сформулировал, что хочет сказать».
Когда журналисты ловят его на неподготовленности, А.Буткявичюс не может ясно изложить мысли, поэтому начинаются интерпретации. Но когда решение уже сформулировано, А.Буткявичюс говорит по-деловому и весьма понятно. Неумение общаться, по словам М.Кубилюса, - это недостаток в политической коммуникации и управлении государством.
Но похожие процессы происходят и в бизнесе – чем больше сумма, тем дольше вынашивается решение.
 |
| Asmeninio albumo nuotr./Миндаугас Кубилюс |
«Надеяться, что премьер сразу объявит решение об атомной электростанции, когда речь идет о государственных миллиардах, безответственно, - объяснил эксперт. – Образование А.Буткявичюса не позволяет ему говорить, если ему нечего сказать. У А.Кубилюса, наоборот, всегда есть, что сказать. А вот деловитости в его решениях очевидно не хватало».
М.Кубилюс обратил внимание на то, что со сменой премьера увеличились реинвестиции – для бизнеса А.Буткявичюса более предсказуем, другими словами, улучшается бизнес-среда.
Специалист в области коммуникаций советует, что тогда, когда глава правительства еще не обдумал свою позицию, раздавать комментарии и принимать стрелы критики должна его команда по связям с общественностью. Только ясно сформулировав мысли, А.Буткявичюс должен становиться перед камерами.
«Общественным коммуникациям – четко излагать мысли, контролировать эмоции, владеть собой, можно научиться. А. Буткявичюс очевидно растет. Я могу прогнозировать, что через год он будет выражать свои мысли намного яснее», - предположил М.Кубилюс.
Он – не гуманитарий
Профессора Вильнюсского университета Регину Коженяускене не удивляет не всегда ясно и понятно излагаемая позиция премьера: «Не нужно многого хотеть – ведь он не гуманитарий».
Однако специалист по риторике подчеркнула, что меняющееся мнение свидетельствуют не о недостатках красноречия, а о нехватке аргументов и пренебрежении логикой: «Хотя я, когда он говорит, понимаю».
По словам профессора, редкий литовский политик прослушал курс риторики, разве что, например, получившие юридическое образование и работавшие адвокатами. Если кто и умеет последовательно, убедительно говорить, чаще всего это самоучки. Но, хоть и есть учебники, самоучкам тяжело – все равно нужны советы специалисты, семинары. Зато сейчас основы риторики можно получить даже в школе.
К Р.Коженяускене часто обращаются политик, юристы и другие люди с просьбой провести лекцию об искусстве красноречия или дать личный совет. Она вспомнила, что несколько лет назад за помощью к ней обращался нынешний спикер Сейма Видас Гедвилас.
Сила красноречия
Олег Лапин, психотерапевт:
 |
| Олег Лапин |
«Хороших ораторов всегда слушают с удовольствием и запоминают их. Но такие люди склонны к самодержавию, так что, иногда вводят диктатуру. Мы знаем Адольфа Гитлера, но не прежних членов парламента Германии.
Харизма сочетается с желанием быть единственным, а не с желанием голосовать вместе. В политике яркие личности часто бывают конфликтными, неуправляемыми, с которыми трудно договориться. Например, Владимир Жириновский или некоторые наши политики, любящие скандалы. За харизму нужно платить – быть немного хулиганом, белой вороной. Литовские политики не особо склонны к риску, так как произошли из общества, где это не приветствовалось – советский порядок поощрял конформизм.
Демократия не очень любит исключительных личностей, осаживает их, высмеивает. Из европейских политиков мы помним Сильвио Берлускони и Николя Саркози, но мы не знаем, что делают парламентарии Германии».
