О возможном выходе из коалиции В.Томашевски заявил в понедельник после заседания Политического совета, на котором правящие пытались решить вызывающие напряжение вопросы относительно пересмотра бюджета, разведки сланцевого газа и экзамена для выпускников школ нацменьшинств.
«Это неожиданность», - сказал премьер Альгирдас Буткявичюс после слов В.Томашевского о том, что он не видит перспективы работы в коалиции. Однако потом глава правительства дал понять, что на ультиматум поляков смотрит несерьезно: он предложил не придавать этому слишком большое значение и добавил, что это не концерт по заявкам, а программа правительства.
Ультиматум председателя ИАПЛ скептически оценили и политологи, однако В.Томашевски в интервью 15min сказал, что чаша терпения поляков иссякла. Якобы партнеры по коалиции много обещают, а результат нулевой.
- Ранее Вы говорили, что Ваше обещание выйти из коалиции связано не с внешней политикой, а с желанием ИАПЛ перераспределить бюджет. Как вы хотите перераспределить эти средства?
- Помимо бюджета, я привел и другие примеры, однако этот случай иллюстрирует главную проблему – в коалиции не придерживаются соглашений. Каждую неделю мы собираемся, договариваемся, а потом решения не выполняются.
У нас было много замечаний относительно бюджета на этот год, поскольку его формировали консерваторы. Согласно моему мнению, его утверждение было величайшим злом, поскольку сменилась власть, существует другая программа. Это какое-то недопонимание, поэтому мы пытались его исправить. У нас есть серьезные предложения, связанные с инвестиционными программами, мы говорим, что нужно пересмотреть распределение денег частным пенсионным фондам.
"Я скажу так: мы не оканчивали высшие партийные школы, может, мы чего-то не понимаем?"
Тогда, перед Рождеством, шло заседание Политического совета. Довольно долгое, мы чувствовали определенное напряжение, пока, наконец, не пришли к компромиссу – мы и представители других партий забираем все поправки, чтобы был принят подготовленный консерваторами бюджет. На высшем уровне было сказано, что нужно его утвердить таким. Иначе документ может быть не подписан (президентом – прим. ред.). Но бюджет – это компетенция коалиции, и по поводу него можно повторно голосовать. Мы договорились, что после принятия бюджет будет корректироваться в министерствах.
Поправки мы забрали, проголосовали в Сейме. Потом я стал поднимать этот вопрос: руководство нашей фракции встречалось с четырьмя министрами, с некоторыми – по три раза, встречалось с премьером. С некоторыми министрами нам удалось договориться (относительно перераспределения средств – прим.авт.), но министр финансов Римантас Шаджюс запретил принимать решения.
Более того: из предусмотренного в бюджете примерно 1 млн. литов на реновацию Шальчининкайского дома культуры министерство забрало 100 тыс. литов.
Неделю назад я поднимал эти вопросы, мы поспорили с премьером, я сказал, что мы категорически с этим не согласны. Мы поспорили, он сказал, что все решим. В понедельник мы говорили о судьбе наших абитуриентов, снова говорили о должностях вице-министров, бюджете и – ничего.
- Что Вам об этом сказал А.Буткявичюс?
- Сказал, что все решим. К сожалению, ничего не решено. Думаю, это несерьезно, я привык к солидной политике: если есть договоренность, ее нужно придерживаться. У нас репутация солидной и честной партии, никто не может сказать о нас плохого слова.
Мало того, две недели назад в Тракайском самоуправлении социал-демократы организовали переворот, без всяких аргументов уволили руководителей, один из наших был уволен, будучи в отпуске. В политическом совете я поднял этот вопрос – так как мы тут сотрудничаем, может, по крайней мере информируйте о новой дружбе? Такое напряжение царило в течение всего месяца.
Мы терпеливо ждали, поэтому я и сказал, что у нас есть сомнения, можем мы ли вообще работать в такой коалиции. В первую очередь это был упрек в адрес социал-демократов,
"Установки закона об образовании мы оцениваем как игру с судьбами людей."
Установки закона об образовании мы оцениваем как игру с судьбами людей. Согласно этому закону, школьники за два года должны были пройти 8-летнюю программу. Мы договорились с партнерами по коалиции, что в течение 8 лет будут действовать облегченные условия сдачи экзамена, наш вице-министр подготовил проект (вице-министр образования и науки Эдита Тамошюнайте подготовила изменения экзамена по литовскому языку и литературе, согласно которым выпускники школ нацменьшинств на государственном экзамене писали бы более короткое сочинение, обсудили бы выбранные, а не указанные произведения – прим. авт.).
А через два дня после заседания Политического совета был подготовлен проект указа министра образования и науки, который предусматривает облегченные условия сдачи экзамена в течение полугода, хотя мы договаривались о 8 годах. Разве такое сотрудничество можно назвать солидным?
Я скажу так: мы не оканчивали высшие партийные школы, может, мы чего-то не понимаем? Если в этих школах учили нечестной политике, хитростям, может, это и хорошо, что мы это не выучили.
- Премьер А.Буткявичюс, комментируя Ваше заявление о возможном выходе из коалиции, сказал, что с ультиматумами никто долго мириться не будет. Значит, уступать он не собирается?
- Я уже ответил на этот вопрос – это не ультиматум. Я ясно объяснил, как все происходит, мы работаем в течение двух месяцев. Это не ультиматум – эту двухмесячные дискуссии и обещания, обещания, обещания.
Если с нами не будут считаться, мы докажем, что с нами надо считаться. Мы выйдем из коалиции, поскольку посты - это не самое главное. Один из социал-демократов удивился: так что, ваши люди без постов останутся? Я ответил, что они не знают нашу команду и наших людей, для нас посты - это не главное. Может, они так и думают после партийных школ, но мы ведем другую политику. Мы или защитим молодежь, или покинем коалицию.
- Чего вы добьетесь, покинув коалицию? В оппозиции будет еще меньше возможностей что-либо изменить.
- И сейчас возможности лишь теоретические. У нас 8 мест в Сейме, никто их у нас не отнимет, мы думаем, наша фракция в любом случае будет влиятельной, и она будет пытаться осуществить свою программу другими способами. Есть много способов – во время голосования в Сейме правящие часто ищут поддержку оппозиции.
- Больше всего Вы критикуете социал-демократов, а как сложились отношения с другими партнерами по коалиции, поддерживают ли они Вас?
"Нацменьшинства должны защищаться, и они защищаются, это не какой-нибудь бытовой конфликт, это напряжение, возникающее из-за решений высшего уровня."
- По поводу разных вопросов – по-разному. И это нормально: четыре партии, четыре программы. Относительно должностей другие партнеры нас поддерживают. Я не понимаю, почему до сих пор не назначены все вице-министры, какие-то игры идут.
Я очень конкретный человек, думаю, что соглашения нужно фиксировать, поскольку потом пытаются объяснить, что договаривались совсем о другом. Хотелось бы лучшей атмосферы в коалиции.
- Некоторые политологи утверждают, что ИАПЛ выгодно поддерживать напряжение между Литвой и Польшей, так как это помогает вам сосредоточить внимание на себе и сохранить электорат. Что Вы об этом думаете?
- Эти политологи компрометируют политологию как предмет. Это советские методы – аргументов никаких, кто-то заказывает, кто-то пишет.
Нацменьшинства должны защищаться, и они защищаются, это не какой-нибудь бытовой конфликт, это напряжение, возникающее из-за решений высшего уровня. Подписывая Конвенцию о защите нацменьшинств, мы приняли обязательства: принимаемые новые правовые акты не могут ухудшать положение нацменьшинтсв, однако отмена закона о нацменьшинствах и изменения в закон об образовании именно это и делают. Мы в любом случае защитим свои права, если не удастся в парламенте, тогда будем искать другие способы.
- Какие способы?
- Недавно были и протесты, и митинги. Эти способы есть. В демократическом государстве нас в тюрьму не посадят.
- Как Вы в целом оцениваете старания правительства улучшить отношения с Польшей?
- Я не знаю, должен ли я отвечать на этот вопрос. Это вопросы внешней политики. А мы говорили о вопросах нашей внутренней политики. Отношения с Польшей ухудшили необдуманные решения прежней власти, а сегодня необходима готовность новой власти исправить эти ошибки.
- Линас Линкявичюс, посетив Польшу, извинился за случившийся в 2010 году позор, когда во время визита тогдашнего президента Польши Леха Качиньского в Литву не было одобрено частичное узаконивание польских фамилий. Перед визитом в Варшаву А.Буткявичюс сказал, что не чувствует никакой вины, поэтому ему не за что извиняться. Не говорит ли это о том, что у правительства нет общей позиции относительно отношений с поляками?
- Я не буду комментировать ни одно, ни другое высказывание. Это их выбор. Во время вечерней молитвы я каждый день прошу прощения, если хотя бы немного повысил голос на своих подчиненных. Не будем обсуждать этот вопрос. Думаю, не в этом суть, нужно искать соглашение везде и всегда. Отношения Литвы и Польши хуже уже быть не могут, а насколько будут лучше, увидим.
Не развалили бы большинство
Договор о формировании правящей левоцентристской коалиции после выборов в Сейм подписали Социал-демократическая партия Литвы, Партия Труда, партия «Порядок и справедливость». Потом к коалиции присоединилась и Избирательная акция поляков Литвы, которой досталось одно министерство – энергетики – и много более низких постов.
У правящей коалиции в Сейме 85 голосов. Если Избирательная акция поляков Литвы с 8 голосами уйдет в оппозицию, коалиция сохранит стабильное большинство – у нее останется 77 голосов.
