- Несколько лет назад эксперты говорили, что Литва ведет холодную войну с Россией. Что вы видите сейчас?
- Политику Литвы я тогда бы так не охарактеризовал, не сказал бы этого я и сейчас. Но в регионе царит определенное беспокойство относительно политики, которую ведет Россия. Она является нашим соседом, который намного крупнее.
Одна из проблем, которую мы видим и в США – смена тона в худшую сторону после возвращения Владимира Путина (на пост президента – прим.ред.).
- Председатель Сейма Литвы Видас Гедвилас недавно призвал улучшать отношения с Москвой и заботиться о своих жителях, поскольку мы покупаем у соседней России много газа, а из далекой Америки мы газ не получим. Стоит ли менять ценности на более дешевую энергию?
- Не думаю, что стоит это делать. Я мог бы сказать это не только Литве, но и всем жителям Вашингтона.
Говоря об отношениях России не только с Литвой, но и со всеми Балтийскими странами, мы знали, чего не хотим, но не знали, чего хотим.
Да, Литва зависима от российского газа, но положение меняется. Возьмем нефть и газ. Часто люди отождествляют эти ресурсы, хотя это не то же самое. Страны этого региона покупают у России и газ, и нефть, однако, если говорить о нефти, у Москвы есть мало политических рычагов. Причина этого проста – мировой нефтяной рынок. Поэтому Россия не может устанавливать цену.
С газом все по-другому. Что касается долговременной политики, главное – не столь сократить количество куб. метров газа, которые достигают Литвы, как изменить характер рынка, сделать его хотя бы немного похожим на нефтяной рынок, чтобы он не был региональным, на котором Россия могла бы диктовать цены.
В газовом мире начинаются перемены. Первая связана с новыми источниками сырья. Сланцевый газ полностью изменил ситуацию в США. Им не надо импортировать газ, а это изменило ситуацию и в Европе, поскольку американцы не соперничали с европейцами из-за газа. Потребность в российском газе снизилась, «Газпром» уже должен был заново согласовывать цены с некоторыми покупателями.
Второй аспект – сжиженный природный газ. Есть возможность транспортировать газ, как нефть, хотя на это понадобится много времени и средств. Для Балтийских стран эта проблема особенно актуальна – не только потому, что они зависимы от российского газа, но и потому, что унаследовали советскую энергетическую инфраструктуру, которая связана с территорией бывшего СССР, а не с Западом.
Вы знаете, куда нужно двигаться. Перемены не произойдут за одну ночь, для них нужны время, деньги, твердость Литвы и всего Евросоюза, чтобы следовать своим правилам, не только подчиняться условиям России или других поставщиков. Если честно, сейчас я настроен более оптимистично, нежели 2-3 года назад.
- В Литве уже ищут сланцевый газ, строится терминал сжиженного природного газа, но пока что мы остаемся зависимыми от энергетических ресурсов России. Как защититься от энергетического шантажа?
 |
| Juliaus Kalinsko/„15 minučių“ nuotr./Роберт Нурик |
- Необходимо диверсифицировать источник, создать более разнообразную структуру, чтобы при возникновении проблем с поставкой газа можно было бы получить сырье из другого источника. Я имею в виду терминал, электромосты в Польшу, Швецию, Финляндию (из Эстонии – прим. ред.). В конце концов это будет означать подключение кольца инфраструктуры Балтийских стран к Западным сетям. Это технический вопрос, наследие советских времен, от которого стоило бы со временем избавиться.
Очень важно тщательно проанализировать и определиться, с чего начать. Люди спорят не из-за того, нужен ли альтернативный источник электроэнергии, а из-за того, должен ли проект атомной электростанции быть приоритетом именно сейчас, учитывая различные перемены на рынке электроэнергии.
Уже началось давление на российскую монополию. Россия это замечает, ей это не нравится. Поэтому она так сильно сопротивляется третьему энергетическому пакету Евросоюза. Думаю, они проиграют эту битву, если только ЕС не потеряет терпение.
- Россия является не только крупным, но и опасным соседом. Может быть, спикер Сейма все-таки прав – нам не нужно с ней ссориться?
-Я согласен. Это интересный вопрос. Я помню, как я дискутировал на эту тему с людьми здесь, в Литве, 5-7 лет назад. Говоря об отношениях России не только с Литвой, но и со всеми Балтийскими странами, мы знали, чего не хотим, но не знали, чего хотим.
Желания Вильнюса улучшить отношения необязательно совпадут с намерениями Москвы. Однако, я думаю, что важно и конструктивно, интенсивно думать, что соответствовало бы нашим интересам, что мы можем сделать в Литве, чтобы отношения смягчились, чтобы у них было более твердое основание, понимая, что окончательный результат будет сильно зависеть от того, что решит Москва.
- Россия редко демонстрирует желание быть доброжелательной или понимающей по отношению к Литве…
- В отношениях с Россией все мы должны что-то сделать в области безопасности, обороны, внешней политики, внешней торговли.
 |
| Juliaus Kalinsko/„15 minučių“ nuotr./Роберт Нурик |
Но в этой части мира люди, говоря о влиянии России и интересах отдельных стран, в данном случае - Литвы, больше всего беспокоятся из-за внутренних дел. У людей возникает беспокойство, что российские компании покупают газеты, бизнес-предприятия становятся непрозрачными. Не вполне ясно, на что они тратят деньги, каковы их политические цели. В некоторых странах возникают сомнения относительно банковского сектора.
Страны этого региона не могут ждать, пока Россия сама изменится настолько, чтобы не возникало беспокойство. Что можно и нужно делать? Нужно строго контролировать, как компании любой страны – России, США, Швеции или Литвы – действуют на вашей территории.
- После прошлогодних президентских выборов в России стали происходить невиданные процессы: на улицы выходили протестовать тысячи людей, появилось недовольство в виртуальном пространстве. Можно ли это считать знаками более серьезных будущих перемен?
- В недалеком будущем, наверное, нет, но в далеком – думаю, да. Прошлогодние процессы, демонстрации удивили многих и много где. Даже один мой приятель из Москвы, горячо поддерживающий оппозицию, не ожидал этого. Очевидно, что не ожидал и Кремль. Поначалу в России, особенно представителей оппозиции, охватило чувство: мы на пороге революционных перемен. Сейчас их охватило пессимистическое настроение. Было потрачено много энергии.
Думаю, обе реакции были слишком экстремальны. Конечно, ничто не изменится мгновенно. С другой стороны, если запал и эйфория оппозиционных движений угасли, это не значит, что изменений нет. Я уверен, что это отражает более важные тенденции в России, из-за которых со временем администрации будет все труднее сохранять авторитарную структуру власти.
Досье Р.Нурика
Р.Нурикас является старшим сотрудником Атлантического совета – независимой организации, которая пропагандирует трансатлантическое сотрудничество и международную безопасность.
 |
| Juliaus Kalinsko/„15 minučių“ nuotr./Роберт Нурик |
Интересуется взаимосвязями внутренней политики и политики безопасности в Балтийских странах, в России, Украине и Центральной Азии, реформой НАТО и ее влиянием на безопасность Европы, отношениями России и США, контролем над оружием и нераспространением ядерного оружия. Является членом совета директоров Фонда США-Балтийских стран.
В начале 80-х был одним из руководителей Международного института стратегических наук в Лондоне, потом – старшим политическим экспертом независимого «мозгового центра» США RAND (Research and Development – «Расследования и развития»).
